А что, только неделю постояла солнечная погода и смотри-ка, уже на улицах можно встретить черных мальчиков в белых футболочках. Музыканты в метрополитене играют сиртаки, а барышни так и цокают каблучками – туда-сюда, туда-сюда. Ветер так и переносит какую-то весенне-капельную инфекцию, от которой бьется сердце и сносит башню. Чего уж удивляться, что когда я решил поискать ролик на Ю-тубе с тегами «Нью-Йорк» и «Сиртаки», я нашел видео, которое разместил некто Suka123456. Кто это я не знаю и не решился даже поинтересоваться. «My very first short clip shot in New York in 2004/2005. Motivation came the night before when I was a little drunk looking at people’s feet at my birthday party». Вот так. Мотивация пришла в ночь перед Днем рождения. Круто, одним словом.
Не знаю что делать: плакать или смеяться, когда попадаются такие новости. Мало того, что 8 марта умерла самая пожилая жительница Нью-Йорка, так еще и город выбрал дизайн официальных, городских, средств контрацепции. Где бы их теперь взять то? Хочется напомнить, что на конкурс пришли работы даже из Перми. В общем, все будет выглядеть вот так Read the rest of this entry »
Сегодня стало известно, что 8 марта, да-да, в Международный женский день, скончалась в возрасте 111 лет Jane Gilsenan самая пожилая жительница Манхэттена. Она родилась на Амстердам Авеню и 98 улице 8 мая 1898 года. Она была вторым ребенком из шести в семье мигрантов из Ирландии. Ее родители платили 16 долларов (!!!) за квартиру с двумя спальнями и жилой комнатой на Верхнем Вест-сайде. Потом, правда, ее родители переехали в Бронкс и она вместе с ними. Нью-Йорк Пост приводит какие-то совсем трогательные подробности. Ее отец работал в Macy’s, ее мама готовила для начальства газеты New York Herald Tribune и однажды накормила обедом самого Марка Твена.
В своем последнем интервью, она говорит, что первое воспоминание свое датирует 10-ю годами. «Я помню, что учусь кататься на коньках у собора Святого Михаила в Мидтауне, держась за перила».
Ее старшая сестра дожила до 102. Другая сестра умерла в 98 лет, а ее мать в 99 лет. Но особого секрета долголетия в семье не было: просто добавляли в пищу витамины «А» и «D». Сама Jane Gilsenan читала криминальные романы Агаты Кристи и триллеры Мэри Хиггинс Кларк (Клянусь, в Нью-Йорк Пост так и пишут ). RIP.
Каждый раз, когда я проезжаю этот дурацкий перекресток в Бруклине между Ньюкёрк роуд и Кони-Айленд Авеню, я думаю, что это народное русское: «Не лаптем щи хлебаем» – миллион раз правильное. Не лаптем, конечно, нет. Борщ калошей хлебаем. Вот скажите мне, что в голове у этих людей, которые агентство недвижимости назвали «Калоши»?
Нью-Йоркские калоши настоящие: черные, блестящие. И не жмут совсем. Хе-хе.
Похоже, фауна нашего прекрасного города снова обогатилась. К крысам в метро, белкам в парках, диким койотам и бешеным енотам прибавились еще и опоссумы. Никто не шутит! Никаких шуток! Опоссума обнаружили в Бруклине, в районе Carroll Gardens. Этот прекрасный райончик располагается между районом Red Hook и бруклинским Даунтауном. Человек, который обнаружил опоссума, пишет, что эти зверьки сумчатые были замечены и в Парк Слоуп. Ну с другой стороны, если в Бруклине не встречаются бешеные еноты, то пусть хоть будут сумчатые опоссумы. Хоть какое-то разнообразие:)
А пока все прогрессивное человечество радуются тому, что фильм Кэтрин Бигелоу Hurt locker, в русском прокате названный идиотским «Повелитель бури», получил Оскара как самый лучший фильм, редакция первого блога о Нью-Йорке «Gotham» хочет предложить свою версию произошедшего.
Фильм, якобы, про войну в Ираке: такой коктейль из исламских фундаменталистов, пустынь, хаммеров, взрывов, виски (отличный ответ исламской угрозе), снайперской винтовки Драгунова и кукурузных хлопьев в конце. Но это лишь повод рассказать страшилку с нечеловеческим лицом и сухим горячим суховеем. Кэтрин Бигелоу выстраивает драматизм вокруг героя следующим образом. Кто то появляется рядом с ним со схожей харизмой: хлоп и нет героя. Да что там – чтобы вызвать самого героя, Бигелоу пустила на воздух самого Гая Пирса. Потом там был арабский мальчонка, командир взвода рейнджеров, ну и самое интересное. К взводу сержанта Джеймса прикомандировали еще одного специалиста, по имени Джон. Вот они выезжают на задание. Вот он говорит с группой арабов – просит уйти их по-добру, по-хорошему. Те его спрашивают: «Ты откуда». А он им отвечает: «Из Нью-Йорка. Большое яблоко, слышали?». И хрум, такой челюстями, будто надкусил. Местные переглянулись и попятились. Камера потом выхватила какой-то пакет. Все забегали. Потом бабах – взрыв и осталась от нью-йоркера только каска с именем. Больше о нем ни слова.
С одной стороны – вот Башни-близнецы тоже исламисты хлопнули. Типа – Нью-Йорк, столица мира капиталистических отношений. А с другой стороны – вот вам урок, нечего из Нью-Йорка на войну уходить. Там убивают.
Есть что-то завораживающее в географических картах, вытатуированных на теле. Пахнет от этого чем то ядовитым, примерно также, как и от прозы Милорада Павича. Будто люди хотят сохранить географию на больше чем на собственную жизнь. Другими словами, есть первооткрыватели, а есть – «сохранители», простите за корявый слог, – географы. Вот это сохранение ценой собственного тела – подвиг не меньше чем первооткрывательство. А Манхэттен. Ну а что Манхэттен. Остров сокровищ, да? :)
Пока в Нью-Йорке еще последние часы воскресенье – можно подвести итоги недели. На этой неделе город обсуждал несостоявшийся-состоявшийся скандал с сенатором от штата, итоги олимпиады, приход весны и будущий Оскар. Все ставят на «Аватар».
Ну в общем, поехали. Город объявил сумму, в которую вылились убытки от снегопадов. Напомним, февраль стал одним из самых снежных февралей за всю историю метеонаблюдения. За месяц выпало осадков около месяца.
Пешеходы бегут по лужам, а вода по асфальту рекой – тают последствия снежного бурана.
Люди в Hign Line Park радуются первому весеннему солнышку.
C 72 улицы по 42 теперь можно доехать с попутчиками. Город вводит программу по более «экономному» пользованию нью-йоркским такси. Это только в кино «Нью-Йорк – я люблю тебя» было, что вот сидит человек, а к нему кто-то подсаживается. На практике такое заканчивается крепким матом и хлопком двери. Теперь же, если человек едет один, он один платит по счетчику, но как только подсаживается еще кто-то – сразу же цена становится фиксированной. 4 доллара. Остановки такси теперь будут выглядеть именно так.
Иногда мужчины чертовски смешны. Вот, к примеру, Майкл Блумберг, мэр Нью-Йорка, миллиардер, всеми уважаемый человек, приехал в Бруклин на открытие косметологического центра имени Бейонсе. И вот, сидит он в углу и таращится на нее, как пятиклассник. Что и говорить. Вы сами все видите. Вот и думай что к чему – великая сила искусства или просто женские чары такие? :)
Наш Майкл кажется влюбился, кричали грузчики в нью-йоркском порту
Женщина средних, довольно потрепанных, лет ставит на прилавок перед мексиканским продавцом в типичном бруклинском гроссери упаковку пива. Гроссери находится далеко за Проспект-парком, но еще дальше от Брайтон-бич, на перекрестке Кони-Айланд Авеню и Беверли-Роуд, если вам так интересны подробности. Женщина, значит, ставит эту упаковку из шести маленьких бутылок пива «Хайникен» и задумчиво смотрит на продавца. Я то рядом стою, в очереди.
– Будьте добры еще два «Алказельтцера», – говорит она продавцу. Мексиканец таращит на нее глаза. Я тоже.
– Это, – говорю я ему, – такие таблетки.
– Да-да, – уже говорит она, – их пьют после, – и показывает на пиво.
– После, не перед, не перепутайте, – я, типа, пытаюсь шутить.
– А это вообще моему мужу, – и она состроила глазки, чтобы я все понял. НУ я все понял и молчал пару-секунд.
– Ты поляк? – вдруг спросила она.
– Нет, – говорю, – француз.
– Я тоже все вместе: полячка, русская, французка, – на чистом русском уже выпалила она. Так и сказала, клянусь, французска. – А ты что здесь делаешь? Студент?
– Из бани возвращаюсь, – говорю я ей и думаю, что за тупой диалог. В пол-первого ночи я точно возвращаюсь из бани. А она? Шесть бутылок пива и ДВЕ упаковки «Алказельтцера». Презервативов то не попросила. Вот она старость.
– Ну и как, давно в Америке?
– Давно. Вот видишь, пиво русское пью.
– А я вот Хайникен. Все, я пошла, муж ждет. Извини в гости не приглашу.
И она взаправду пошла по темным аллеям Беверли роуд по направлению к Оушен Парквей. Как будто выросла здесь всю жизнь.
